С 2001 года я возглавлял службу криминальной милиции, и одной из моих основных задач было организовывать и контролировать работу по раскрытию тяжких преступлений, включая убийства. В один из летних вечеров дежурный по УВД сообщил о шокирующей находке: в пруду, на границе Анапского и Крымского районов, жители села Фадеево обнаружили кисть человеческой руки. Поскольку это село относится к Крымскому району, было решено привлечь сотрудников уголовного розыска из города Крымска для осмотра места происшествия. Информацию предоставил Отдел МВД России по городу Анапа.
Утром мы выехали на место. Пруд находился под юрисдикцией Гостагаевского поселкового отдела милиции, и практически весь состав отдела был задействован в осмотре. Возглавлял операцию майор милиции Анатолий Таран. У нас не было сомнений: убийство было совершено, и труп был расчленён. Поиск останков начался в двух направлениях. Таран и сотрудник уголовного розыска по раскрытию тяжких преступлений Андрей Петренко обследовали пруд на резиновой лодке, в то время как остальные разделились на две группы и проверяли берег.
Спустя двадцать минут Таран и Петренко наткнулись на тело мужчины, лишённого головы, ног и кистей рук, в зарослях кустарника. Преступники явно надеялись, что расчленение тела затруднит установление личности убитого, но они просчитались. Пока тело буксировали к берегу, мне позвонил начальник экспертно-криминалистического отделения Михаил Пашинский с результатами дактилоскопической экспертизы. Кисть принадлежала ранее судимому Ивану Бурееву, который был дактилоскопирован в Гостагаевском отделе милиции. Таран вспомнил, что недавно, во время рейда, в одном из притонов задержали группу лиц, все из которых также были дактилоскопированы, включая Буреева.
Через два месяца я вернулся к этому делу. В УВД ежедневно поступало множество писем, запросов и ориентировок по тяжким преступлениям, и среди них мне запомнилась одна ориентировка, в которой Крымским ОВД устанавливалась личность расчленённого трупа, найденного у моста через реку Кубань. Я отписал ориентировку на исполнение в отделение уголовного розыска, добавив пометку, чтобы проверили на причастность к преступлению Гостагаевских «Чикатил».
Перезвонил своему коллеге, начальнику криминальной милиции Крымского ОВД, с просьбой направить своих сотрудников для работы с нашими задержанными. Позже, встретив его на совещании в Краснодаре, я спросил о результатах их работы по раскрытию убийства. Он сообщил, что результат оказался отрицательным.
Уголовный элемент постоянно напоминал о себе, и я на некоторое время забыл об этом деле. Однажды, будучи ответственным от руководства по УВД, я поздно вечером зашёл проверить службу в изолятор временного содержания. Просматривая книгу лиц, содержащихся в ИВС, заметил, что там находятся и Гостагаевские ребята, вызванные следователем прокуратуры для проведения следственных действий. Я решил пообщаться с ними, так как раньше этого не делал. Один из них, Максим Корниенко, был высоким молодым человеком с недоуменным выражением лица. Он молча сел на табурет, и я достал удостоверение, предложив ему ознакомиться с моей должностью.
Я спросил его: «Что ты думаешь, зачем я пришёл к тебе в столь неурочное время?» Максим что-то буркнул о том, что всё рассказал следователю, и, по его мнению, больше добавить нечего. Я, в свою очередь, покинул следственную комнату, но вскоре вернулся с исписанным листком, в котором было указано, что у Панасюка, его сообщника, есть что сказать о расчленении тела.
В явке с повинной Панасюк утверждал, что организатором убийства был Корниенко, а он лишь помогал расчленять тело. Я сообщил Корниенко, что если это действительно так, то он может получить пожизненное за второе убийство. Спустя несколько минут явка с повинной, в которой Максим описал убийство свидетеля их первого преступления, уже лежала у меня на столе. Склонить Панасюка к явке с повинной было не так уж сложно.
Когда я передавал две явки с повинной дежурному по УВД на регистрацию, он спросил, как мне удалось расколоть их за такое короткое время. Я с удовольствием ответил: «Прослужишь со мной, и у тебя получится». Все сотрудники уголовного розыска были направлены в станицу Гостагаевскую для установления лиц, причастных к преступлению из числа знакомых убитого. В то же время другие сотрудники продолжали поиски частей тела Буреева.
Буквально через час Анатолий Таран, как всегда спокойным голосом, доложил, что преступники задержаны и отправлены в Анапу. Убийцами оказались двое местных парней. Пьяный скандал с Буреевым перерос в драку, в ходе которой они долго и с наслаждением били его, пока, наконец, не заметили, что Буреев уже мёртв. Испугавшись ответственности, они расчленили тело и разбросали его части в разных местах, а голову закопали на свалке.
